02-1. ДРУГАЯ СТОРОНА

Ул посмотрел в зеркало. Стукнул кулаком по мускулистой груди, и боль в мышцах забилась, как испуганная птица. Что это? Ул недоумевал. Откуда взялись эти неприятные ощущения? Врачи сказали, что из-за переизбытка физических упражнений. Неужели правда? Ул вздохнул. Придётся поверить врачам и начинать лечение. Надо записаться в едо-зал и принимать пищу под руководством опытного тренера. Но это так сложно! Почему ему не назначили массаж какой-нибудь или ледовые примочки? Почему еда?!
Ул решил выйти пораньше, чтобы немного прогуляться перед посещением едо-зала. Город ещё спал, хотя солнце вовсю распушило свой яркий хвост. Закончилась Ночь великих состязаний, и все жители только начали отдыхать. Повсюду были разбросаны погасшие мячи, разноцветные гантели и блестящие штанги. Даже одноколёсные велосипеды, украшенные золотыми шайбами, валялись на траве. Ул приподнял ступней одну штангу, подбросил её и поймал левой рукой. Хотелось ещё парочку таких потягать одновременно, но боль в мышцах снова напомнила о себе. Ул пошёл дальше. За углом соблазнительно шевелилась улица с беговой дорогой. Ул еле уговорил себя идти по неподвижному тротуару. Все таки надо выполнять рекомендации врачей. Услышав сзади топот и напряженное дыхание, Ул оглянулся. По беговой дороге бежала девушка. Хорошо бежала. Поравнявшись с Улом, подмигнула ему и понеслась вперёд. Пушистый хвост на ее макушке прощально покачивался из стороны в сторону, а накачанные щеки даже сзади были видны. Ул предположил, что и он так выглядит со стороны спины – плечи будто скалы, рельефные ягодицы вибрируют бабочкой, могучие ноги, словно дубовые стволы. «Тоже, как я, злоупотребляет», - подумал Ул и почему-то обрадовался. А вот и едо-зал. Над входом красовалась вывеска с надписью «Кафе Легенда», сбоку от которой улыбался нарисованный человечек со слабо развитой мускулатурой. Таких «Легенд» в городе – раз, два и обчелся. Не очень-то и жалуют их горожане. 
Тренер по сравнению с Улом был крайне худосочным. Но блеск его глаз, довольная улыбка и проворные движения свидетельствовали об отменном здоровье. Ул сел за круглый столик. Табурет показался необычно мягким. Ул по привычке напряг ягодицы, голени и бедра, упёрся пятками в пол. Но табурет без сопротивления сразу принял устойчивое положение. Ул потихоньку расслабился:
- С чего начнём? – на его лице застыло мученическое выражение.
- Для начала будет только вода, а через пару дней завтрак, - ответил тренер.
На столе перед Улом засверкал высокий стакан с множеством граней. В них искрились то ли радуги, то ли отражения полосатой разноцветной трубочки, выглядывающей из воды как надзиратель, как глаз подводной лодки…

03-1. НЕВЕСТА

– Ты, наверное, слышал эту историю о невесте. Жених обманывал ее, изменял. Она повесилась на этом мосту, прямо перед свадьбой. Как была, в белом платье, с фатой. 
– Да, про это все знают, – ответил Андрей, и придвинулся еще на пару сантиметров.  – И теперь она мстит мужчинам. Убивает всех, кто ходит ночью по этому мосту в тумане. 
– Стой, где стоишь, – крикнула девушка. – Я прыгну.
Андрей поднял обе руки, давая понять, что не намерен ничего предпринимать. 
– Все, все, я стою. 
Между ними оставалось не больше полутора метров. 
Андрей и предположить не мог, что его ночная прогулка закончится таким вот образом. Он бродил в скверном настроении в тумане, окутавшем город, до тех пор, пока не увидел ее. Да, этот мост через железнодорожные пути – известное место для самоубийств. На его памяти уже не меньше пяти случаев, и вот человек, который решил пополнить статистику. 
– Ты прости меня за эти слова, – как можно спокойнее сказал Андрей, – но этим ты ничего не докажешь. 
– Я умру, и они узнают, – глотая слезы, произнесла девушка. – Да, они не увидят этого. Но завтра услышат в новостях, и поймут…
– И какие они после этого друзья? Сама подумай, для чего они так поступили?
Девушка молчала.
– Я не буду подходить. Просто разреши мне помочь тебе.
– Чем ты сможешь мне помочь?
– Ну для начала, послушай. Здесь до земли метров десять, не больше. – Андрей посмотрел вниз. – Умереть у тебя вряд ли получится, – Он намеренно соврал, сократив расстояние в два раза. Еще как получится! Но здесь уже не до честности. Любые средства хороши. – Так что, скорее всего, ты сломаешь себе ноги, или позвоночник. Останешься инвалидом на всю оставшуюся жизнь. Вряд ли ты об этом думала.
– Ты врешь, – воскликнула она.
Андрей покачал головой.
– Я сейчас вижу красивую девушку, которая готова сделать глупый поступок. Просто позволь мне спасти тебя. Нет, не от прыжка, и не от смерти. От твоего прошлого. У тебя сейчас два варианта. Либо быть прикованной к больничной койке, либо забыть прошлую жизнь, и начать новую. 
Она молчала. 
– Сегодня ты начнешь жить с самого начала. Просто возьми меня за руку. 
Он медленно сделал маленький шаг вперед и осторожно протянул ей правую руку. Девушка посмотрела на него глазами, полными слез.
– Я не смогу жить здесь, – в отчаянии произнесла она.
Он кивнул несколько раз.
– Да, тебе придется уехать. И, чем дальше, тем лучше. Нужно сделать так, чтобы ничего не напоминало тебе о прошлой жизни. Ну и, если захочешь, я буду твоим первым новым другом. 
Он ободряюще улыбнулся. 
Девушка протянула руку. Холодные пальцы сомкнулись вокруг запястья Андрея. 
– Ничего себе, как ты замерзла, – Он сделал последний уверенный шаг, и оказался совсем рядом с ней. Едва заметная улыбка на лице девушки внезапно превратилась в хищный оскал. Андрей не понял, как оказался за перилами. Он так и летел до земли в удивлении, не понимая, что произошло. За миг до того, как все погрузилось во мрак, он заметил, как белый силуэт на мосту растворился в воздухе.

05-1. ВЕРНЫЕ

В пустоте космоса летит Луна.

Она закована в базальт, расцвечена полями энерго- и масс-уловителей. Сотни кратеров служат двигателями. Временами часть из них наливается алым, и тогда Луна корректирует курс. Ведь она летит не абы куда, а к определённой цели.

Глубоко под поверхностью есть комнатка пять на пять метров. Здесь живёт единственный пассажир мега-корабля по имени Кузя. Он полностью здоров. Сейчас Кузя спит. Иногда хвост его вздрагивает и лапы толкают воздух, будто несутся галопом.

Вскоре Кузя проснётся, попьёт из ручейка, выест тропу в зарослях псевдобамбука, передохнёт и примется вновь. Ведь Кузя — генно-смоделированный микро-анкилозавр, похожий на обрезанную по бокам черепашку.

***

Роботы не знали, откуда пришло Знание. То ли прилетело с космическим ветром, то ли вырвалось из земного ядра, то ли проникло сквозь щель других измерений.

В один миг все люди обрели Знание. Каждый мысленно смог управлять окружением и собственным телом, перемещаться на любые расстояния. Множество случаев, зарегистрированных техносферой, убедили роботов, что это именно так: Дух овладел Материей, полностью и окончательно.

Пару минут спустя Земля опустела. Напрасно обшаривали спутники поверхность и вертелись телекамеры. Человечество устремилось в космос. На прощанье люди зажгли в полнеба надпись: "Вы нам больше не нужны".

Роботы смирились. Останавливались корабли, автомобили, поезда. Умолкали заводы. Замирали города. Все механизмы, которые кормили, одевали и возили человека, засыпали.

Потом Земля исчезла. Долины, горы, моря, деревья и животные зачем-то понадобились Человеку. Только техносфера осталась. Рушились в пустоту бетонные здания, коллекторы и мосты. Осыпались кусками ленты дорог. Сходили с орбит спутники.

Луна осталась. Единственное поселение опустело, но сохранилось. То ли исчезающий импульс имел предел, то ли люди сочти биосферу посёлка лишней. Осталась комнатка с травяным ковром и прожорливым Кузей.

Доживать бы анкилозавру свой век в опустевшем посёлке, но эфир пронзил зов: "Кузя!". Зов был идентифицирован. На всех электромагнитных частотах кричал четырёхлетний житель лунного комплекса по имени Саша.
Приказ человека! Вновь замигали огоньки центральных процессоров. Мириады обломков зашевелились. Грейдеры отбрасывали часть себя, чтобы изменить траекторию движения. Самолёты включали сопла. Раскрывались военные арсеналы. Управляемые ракеты, бескислородная взрывчатка, лазеры, пружинные ружья — всё использовалось для того, чтобы в шлейфе, закрученным вокруг Луны, осталась техника, необходимая для решения задачи, чтобы сохранился хотя бы один центральный компьютер.

Роботам это удалось.

Годы ушли на то, чтобы превратить Луну в космический корабль, чтобы сделать генно-смоделированного Кузю клеточно-бессмертным. Триангуляция крика дала цель. Лететь предстояло 18420 лет.
Мальчик получит своего любимца.
Роботам это удастся, я уверен.

06-1. МАЛЬЧИК В ТЕМНОМ ОКНЕ

Это случилось давно, когда угловой дом на Щербаках стоял расселенным, без дверей, с выбитыми окнами. Ходили слухи, будто там время от времени находили тела убитых маньяком детей. И вот однажды поздно вечером я возвращалась от подруги мимо этого дома. Была зима, и под ногами скрипел снежок. В переулке никого не было, и я торопилась выйти на Фонтанку, где рассчитывала встретить хоть кого-нибудь… Мимо того дома идти было особенно неприятно, и я перешла на другую сторону переулка, оглядываясь на пустые окна, - тогда и увидела в окне бельэтажа силуэт ребенка. Мальчика лет примерно десяти. Он был чуть светлей темноты за его спиной и смотрел на меня внимательно и спокойно. Признаться, я испугалась и замедлила шаг…
Мальчик стоял у окна неподвижно, лишь чуть повернув ко мне я голову. А потом поманил меня рукой. 
Нет, я не пошла на его зов – я кинулась на Фонтанку и едва не сломала каблук, поскользнувшись. На мое счастье мне наперерез шел дедуля с большущей овчаркой, я едва на него не налетела. Дедуля подхватил меня под локоть и спросил, что случилось. Я оглянулась на окно, но оно было пустым… 
- Там… Был ребенок… Мальчик… - забормотала я, еле переводя дух. 
- Вам, наверное, показалось в темноте, - мягко ответил дедуля и предложил проводить меня домой. Я ответила, что дойду сама. 

Около этого дома я оказалась недели через три, и тоже поздно вечером – мне часто случалось засидеться у подруги. Только напротив него я вспомнила про мальчика и пожалела, что не пошла другой дорогой… 
Он стоял на тротуаре. В белой рубашке и темных брюках – а мороз был ощутимый. Я остановилась и попятилась. До Фонтанки было рукой подать, а до Рубинштейна, улицы тоже темной и малолюдной, – бежать и бежать… Но мальчик стоял чуть впереди, и пройти мимо него было выше моих сил. 
И надо же – из-за поворота снова показался тот самый дедуля с овчаркой! Я слабо пискнула, собираясь заорать «помогите». Дедуля заметил меня, посмотрел по сторонам – и скорым шагом направился в мою сторону. Глаза овчарки сверкнули вдруг красным в темноте. 
Я не сразу поняла, что меня насторожило. Но несмотря на леденящий кровь ужас, я развернулась и побежала назад. И уже набегу догадалась, что показалось мне пугающе странным: у дедули в руках была монтировка.
Я бы до конца дней сомневалась в своих подозрениях, если бы он не пустил собаку, которая догнала бы меня в три прыжка – но внезапно впереди показалась парочка, идущая под руку. Дедуля свистнул, и собака остановилась. 
А я бежала до Загородного… И с тех пор домой возвращалась в обход – только по широким светлым улицам, где даже ночью встречаются прохожие. 

Я не знаю, почему дедуля не тронул меня в первый раз – может, потому, что из любого окна видно, что делается на набережной. Я не знаю, почему мне сперва являлся мальчик. Предупреждал ли меня об опасности или наоборот – хотел задержать в переулке?
Говорили, что в том доме милиция снова обнаружила тело ребенка и что это дело рук здешнего маньяка, но я этим слухам не очень-то доверяла. А впрочем, все может быть…

08-1. ДВОЕЧНИК

Проснувшись, Владик сразу подбежал к столу. Готовые детали костюма лежали в ряд, новые и сияющие, отливая бирюзовыми и изумрудными оттенками. Остывающий принтер довольно подмигивал красными огоньками.
Красота!
Владик нацепил на голову шлем с короной из длинных изогнутых рогов и подошёл к зеркалу. Пристегнул шипастый хвост, проверил. Натянул перчатки с когтями... Редкий вид ископаемого Триасового периода, сенсационная находка последних дней!
Реальных конкурентов не будет, разве что Людка. Кто на динозаврах не специализируется, сегодня в пролёте - ну кому, скажите, интересны пещерные медведи или марсианский шмурц, - а остальные все троечники, не потянут.
Уложив костюм в портфель, он вышел в коридор и зашагал к учебным аудиториям. А вот и Людка вышла.
- Тоже динозавром нарядишься? - спрашивает.
- Ага, кем же ещё. У тебя кто?
- Да так, обычный бронто. Некогда было.
Владик нахмурился: подвох какой-то, не иначе. Конференцию по палеонтологии все ждали, результаты пойдут в годовой зачёт. Как это, некогда?
- Слушай, Люд, - начал он, подозрительно прищурившись, - а ты...
- Эй, отличники! - прервал хриплый голос из-за спины. - Опоздать боитесь?
Колян. Только голос странный, как не его. Без сумки, налегке... а где же маскарадный костюм? Да и не опаздывает никто никогда - зачем?
- Осталось семь минут сорок шесть секунд, - объяснила Людка, - уже сорок пять. На урок следует являться за пять минут, чтобы выложить учебные материалы и подготовиться, а также...
- Да брось ты гундеть! - Колян сплюнул на пол. - Выдумали тоже ерунду... Влад, закурить есть?
Ребята переглянулись. Таким они Коляна ещё не видели. Волосы взлохмачены, под глазом синяк. Пиджак застёгнут не на ту пуговицу, остальные вырваны с мясом. Руки в царапинах, грязь под ногтями...
- Кол, что с тобой? - озабоченно спросила Людка. - На свалке ночевал?
Колян шмыгнул носом, усмехнулся зловеще.
- Да так, поцапались с одним фраером ушастым... Да он сам полез, а я чо, лысый? Ну и... зато я ему так накостылял...
- А с глазом что? - Людка протянула руку, но Колян, морщась, отшатнулся. - Да тебе к специалисту надо!
- Да лан, не впервой... - Он открыл дверь каптёрки, где отдыхали роботы-уборщики. - Чапайте на урок, я покурю пока.
Что за словечки? Не иначе, мозг повреждён.
В аудитории Колян появился, когда выступить успело полкласса. Все зашушукались, но учитель смотрел на сцену, а опоздавший направился прямо туда - будто так и надо. Вышел, да ещё и раскланялся! Пахло от него почему-то дымом. Ну точно, сдвиг по фазе.
Впрочем, думал Владик не о том, а о длиннющей шее бронто, которой так ловко вертела на сцене Людка, рассказывая о повадках ископаемой зверюги. Рогатая корона тоже всем понравилась, но... О Коляне он вскоре забыл - а зря.
Проголосовал Владик честно, за Людку, Людка - за него, как всегда. А когда в память выложили результаты, обомлел.
Ученик Влад-ИК3856 занял только третье место. Второе - костюм "Бронтозавр" ученицы Люд-К3328. Первое - костюм ученика Кол-ЯН2342 "Человек".

10-1. ДЕМИУРГ ИЗ ВАЛЕНКА

— А может, не надо? — жалобно проскулил рыжий пёс, отползая за диван.
— Хочешь, чтобы наш город разрушили? — зашипел на него чёрный кот. — Вороны намедни доложили: лешие с болотниками сговорились. Так что будет, как в Москве.
— У, ироды корявые, гнилушки зловонные! — прогудел Ерофей. Он один из троицы сохранял антропоморфный вид. Мел-то удобнее держать в руках, а не в лапах.
— Не отвлекайся, — кот придирчиво изучил пентаграмму. — Пора, читай заклятие.
— Книга-то, — робко вякнул пёс, — подозрительная.
— Заткнись, Тихон! Думаешь легко в наше проклятое время найти настоящую Проклятую книгу? И эта сойдёт.
Ерофей раскрыл брошюру "Каббала для чайников" и, запинаясь, начал читать, водя пальцем по строчкам. Свечи в углах замигали, по комнате потянуло сквозняком. Пёс завыл. Где-то что-то заскрипело, свечи разом погасли. Ерофей охнул и схватился за сердце.
В центре пентаграммы лежал валенок — большой и чёрный. Пахло от него, как от остывшей печи, полной золы.
— Кузьма, ты глянь! Кузьма?
— Здесь я, — кот спрыгнул со шкафа и осторожно заглянул в валенок. Оттуда на него испуганно смотрели круглые желтые глаза.
— Ты кто?
— А кого вызывали?
— Демона!
— Ну, вот он я.
— А почему в валенке?
Глаза мигнули.
— Недозрелый потому что. Рано отпочковался, меня и сунули сюда — дозревать. А потом все исчезли. И холодно стало.
— Вот времена! — Ерофей всплеснул руками. — Даже Ад остыл.
— То есть, на легионы демонов можно не рассчитывать? — уточнил кот.
В валенке всхлипнули:
— Я последний. А зачем вам легионы?
— С лешими воевать. Люди, вишь ты, закончились — вирус проклятущий всех выкосил. А природа, мать её, попёрла со всех сторон.
— А вы кто?
— Домовые мы, — ответил кот. — Покажись, не бойся.
Из валенка вылез тощий демонёнок.
— Как тепло... — он блаженно зажмурился. — Вы меня не прогоняйте, пожалуйста. Я вам пригожусь.
— Эх ты, дитё горькое, — вздохнул пёс. — Какая от тебя помощь?
— Ты что делать умеешь? — спросил Ерофей.
— Я лепить люблю, — демонёнок застенчиво потеребил кисточку на хвосте. — Из глины.
— Оставайся, — кот стёр лапой меловую линию. — Что-нибудь придумаем.

***
На Лазаревском кладбище было шумно. День выдался жаркий, и на дорожках толпились домовые.
— Куды прёшь?! Я с утра занимал!
— А я с ночи!
— Да мы ещё вчера пришли! А вас тут не стояло!
— Тихо! — гаркнул Ерофей. — Кончайте галдеть, Дёму отвлекаете. Подходи по одному.
Переругиваясь шёпотом, домовые выстроились в неровную очередь. На солнечной лужайке в дощатом сооружении, напоминающем песочницу, сидел демонёнок и увлеченно лепил людей из глины, добытой в разных частях кладбища.
Бормоча "Благодетель!" и "Спаситель наш!", домовые разбирали ещё сырые фигурки. Пока донесут до квартир, глина высохнет на солнце, и люди оживут. Хоть и маленькие — прежним до пояса — а всё же настоящие хозяева.
— Теперь заживём! — радовались домовые. — Всю Землю заново заселим.
У вечеру Дёма устал, и Тихон отвез его на спине домой. Они так и жили вместе — демиург из валенка и его верные домовые.

15-1. ПОДАРОК

Воронов поставил на стол чугунок с картошкой и стал нарезать сало. Тонкие до прозрачности ломтики медленно скручивались, истекая слезой от жара натопленной печки.
 Дочка спохватилась, открыла сумку и начала выкладывать содержимое на стол. Матово поблескивающие банки с тушенкой, пакет с макаронами, мука, батарейки, соль…
 Когда они виделись с ней последний раз? Лет восемь назад, а может и все десять. Его кольнула мысль, что дочка сильно сдала за это время. Набрякшие вены на руках, потяжелевшие веки, седина пробивается на висках.  Сейчас она стала походить на свою мать. 
- Чем богаты…   – сказал Воронов, присаживаясь за стол. - Как там Иван? В каком он классе-то сейчас?
- Привет передает,  - ответила дочка, накладывая себе картошку. – Тебе же не позвонить, интернета здесь нет. Только лично ехать, или телеграмму слать.
Воронов не ответил, они молча поели.
- Отец, через год Ивану школу заканчивать, - сказала дочь. – Я хочу сделать ему операцию по вживлению модуля нейро-интерфейса…
- Я запрещаю! – стукнул по столу Воронов. – Он же будет как один из этих болванов, которые так сделали! Мозги уже вроде как не тобой управляются, а программой! Уже и не понять, человек это или робот! Елена, я запрещаю, слышишь? Ты же без этого модуля прожила...
Дочь вскочила и схватила в руки пальто.
- Промучилась, а не жила. Но ладно я, у меня травма головы в детстве была, операцию не сделать, судьба такая. Ты как вымирающий динозавр, картошка-куры-книги. Без модуля теперь нормальную работу не найти, ты это понимаешь?  На руки мои погляди, двадцать лет мусор перебирала! Ивану я такой судьбы не хочу!
- Мать была тоже против этих модулей, - отвернувшись от дочери, сказал Воронов.
- Она просто затюканная тобой, оттого и померла рано,- бросила дочь. – В общем, я приехала не разрешение у тебя спрашивать. Мне нужны деньги на операцию и покупку модуля. Считай что это твой подарок внуку на совершеннолетие.
Воронов промолчал, постукивая по столу. Даже если и были бы деньги, не дал. Чтобы своими руками превратить родного внука в одного из ходячих калькуляторов? 
- До свидания, отец, - сказала дочь, не дождавшись ответа. 

***
Врач вышел из операционной.
 - Все прошло нормально, последствия кровоизлияния устранили, - сказал врач, отводя глаза в сторону. – Угрозы жизни нет, но...
Дочка сжала руку Воронову.
- Словом, у него сильное смещение костей черепа и повреждение периферийных окончаний в мозгу, - выдохнул врач. – Ему противопоказана имплантация нейро-интерфейса.
Дочка уткнулась в плечо Воронову и затряслась от плача.
- Какое-то проклятие, и ему всю жизнь страдать, - сказала она сквозь рыдания. – Вот тебе и совершеннолетие… Да, спасибо, папа, что приехал. Я бы одна не вынесла все это.
- Может все и не так страшно, - успокаивал ее Воронов. – Главное, что живой.
- Я бы этих мерзавцев, которые ему голову проломили, своими руками удавила, - сказала дочь. 
Воронов ничего не ответил. Свой подарок внуку он сделал. Как и дочке, в свое время…

18-1. НАСТОЯЩАЯ ЛЮБОВЬ

- Заходи, располагайся, - Джой смущенно улыбнулся и, дождавшись пока Сэм переступит порог дома, сам закрыл за ней дверь. – Не богато, но уж как есть, - добавил он, точно пытаясь оправдаться за то, что живет в небольшой студии на тридцать шестом этаже. Впервые за месяц их отношений Сэм, наконец, согласилась принять его приглашение в гости.
- Зато какой вид, - улыбнулась Сэм, разглядывая раскинувшуюся за широким окном панораму: во все стороны простирался город-милионник, залитый ночными огнями. 
Она прошла к двери, ведущей на балкон, и замерла в ожидании. 
- Там ручка, потяни, - подсказал Джой. - Я отключил систему искусственного интеллекта. Года два назад.
- Почему? 
Джой пожал плечами. 
- Когда живешь один, всегда нужно чем-то занимать руки - ставить чайник, убираться в комнате - имитация жизни, но все же. Поэтому и отключил. Ты приходишь – еда готова, даже чертовы цветы политы. И ты ходишь из угла в угол, думая, чем бы себя занять. Если у тебя есть семья, дети, наверно, эта помощь незаменима, но мне в какой-то момент захотелось повеситься.
- Понимаю, - отозвалась Сэм. 
- Правда? – Джой посмотрел на нее и вдруг подошел и крепко обнял. 
- Черт, Сэм, ты не представляешь, как я счастлив, что мы с тобой встретились! – С чувством сказал он. - Ты, наверное, единственная, кто меня понимает. 
Он провел рукой по ее теплой щеке, затем аккуратно убрал за ухо прядь светлых длинных волос. 
- Вот об этом я мечтал последние годы, - тихо сказал он.  
- Джой? 
- Да? 
- А почему ты не сделал как все? Ну, то есть... – Сэм опустила глаза, точно подыскивая нужное слово. – Почему не выбрал себе партнершу из этих. Ну, ты понимаешь. Ведь отношения с живыми людьми – это так... Несовременно.
Джой усмехнулся и со вздохом ответил: 
- Искусственный интеллект на работе. В машине. В супермаркете. Дома. Все вокруг искусственное, понимаешь? Партнерша с искусственным интеллектом? Это слишком, Сэм. Нет, - продолжил он, точно отвечая на незаданный вопрос, - это, конечно, здорово: она понимает тебя с полуслова, не спорит. Словом, в отношениях у вас полная совместимость. У моего друга, Кайла – ты помнишь его? – даже дочь есть. Не от его «жены», конечно. Ребенок из пробирки, но какая разница, правильно, если они счастливы? Точнее, Кайл счастлив. А я не могу так. Я не хочу, чтобы меня любили по приказу. 
Его слова звучали так, будто он говорит сам с собой. Сэм грустно улыбнулась. 
- Да уж. Печатные книги, цветы, старомодные отношения. В этом весь ты. 
Джой усмехнулся и, обняв ее за плечи, проговорил:
- Вот такой вот я, как говорит Кайл, динозавр. Любви хочу настоящей, понимаешь? Живого человека рядом. Как ты. Когда я тебя встретил, я понял, что по-настоящему счастлив. 
Он выдохнул и почувствовал, что лицо вдруг залила краска. 
- Прости за откровенность, - сказал Джой. 
Сэм молчала несколько мгновений. 
- Это ты прости, - наконец сказала она и посмотрела ему в глаза. Свет лампы заиграл в радужках, и Джой впервые увидел тонкие, едва заметные нити проводков. - Я бы очень хотела стать настоящей. Ради тебя.

19-1. ИЗ ЛЕДЯНОЙ ПУСТОТЫ

Как стая мотыльков крупные хлопья снега окружили меня на перекрестке. Я пришел сюда не случайно, и меня била легкая дрожь. Страх или стужа пробирали  до костей? Длинная цепочка событий привела меня в полночь на это место — потеря близкого человека, безутешное горе, поход к старой ведьме, покупка талисмана. Сегодня такой день, когда можно все изменить – девятое декабря. Тайян, день «большого мира», больших изменений. Я убеждал себя, как мог, потому что ни на йоту не верил старой ведьме. Ей была нужна моя кровь, только и всего, она могла просто солгать.
Гладкий, вырезанный из желтоватой кости силуэт женщины, отполированный тысячью пальцев, холодил и без того озябшую руку. Когда налетевший вихрь закружился прямо передо мной, я бросил купленный за мою кровь талисман в самую его гущу.
Из снежного сонма вышла Юкки-онна. Я сразу ее узнал: девушка из снега и льда. Она станет той, которую я потерял. Ведь и снег, и лед пластичны и принимают любую форму. 
Юкки-онна протянула ко мне белую ладонь и откинула вуаль с лица. Она была прекрасна, даже красивее Митсуко, и я вздохнул: мне не нужна была ослепительная красота, мне нужна была шероховатая кожа, родинка на левом виске, остриженные после болезни волосы, топорщившиеся поутру на затылке, крупные уши, которых так стеснялась Митсуко, рано появившаяся морщинка на лбу.
Я повел Юкки-онну в свой дом, за нами по пятам летел воющий ветер. Когда я толкнул дверь своей хижины , она вошла бесстрашно, и ветер умолк. Долго Юкки-онна бродила по холодным комнатам, трогая сёдзи руками, оставляя повсюду мокрые следы. Когда мы легли с ней под утро, крепко сплетясь, её ледяное дыхание обожгло меня изнутри, и я скоро забылся крепким сном.
Проснувшись, я сразу повернул к себе лицо Юкки-онны. Предсказание ведьмы сбылось, и талисман подействовал. Снова со мной была моя Митцуко: горячая, живая. На её шее пульсировала голубая жилка. Я рассмеялся, но смех прозвучал звуком сорвавшейся с крыши сосульки.  Митсуко с улыбкой поднесла к моему лицу осколок зеркала, и я увидел, что мои волосы белее молока. Медленно подняв руку, я заметил, что она словно покрыта инеем. В остывшей комнате не было видно пара моего дыхания. Я обнял Митсуко и прижал её к себе, но она отбросила меня от своей хрупкой фигурки с невиданной силой. Я очутился на пороге собственной хижины. Митсуко легко вытолкнула меня наружу.
— Твоя кровь очень пригодилась, Арэта. Может быть, кто-то выкупит тебя у ледяной пустоты? Но это буду не я.

20-1. МИНУТА СЛАВЫ ДЛЯ МУЗЫ

Те, кто думает, что музы – это возвышенные и трепетные создания, изъясняющиеся только высоким стилем и не знающие, что такое грубость, просто никогда не видел и не слышал, как они ругаются друг с другом. Или отчитывают одну из своих сестер за какой-нибудь проступок. 
- Как тебе, шмакодявка желторотая, в голову пришло ослушаться старших?! – бушевала пожилая седовласая муза в длинном балахоне, расшитом нотными линейками и музыкальными знаками. 
- Кто тебе, малявка дурноголовая, позволил заниматься самоуправством и тратить наши силы на какого-то проходимца?! – в один голос с ней возмущалась муза помоложе в комбинезоне с вышитыми знаками препинания. 
- И ладно бы еще у тебя что-нибудь путное получилось, а то ведь создала вместе с ним такое убожество, какое не то что нам, музам – даже людям показать стыдно! – перекрикивала их дама в платье, вдоль подола которого были нарисованы разноцветные круги. 
- Он не проходимец! – пискнула в ответ их юная провинившаяся коллега, совсем еще ребенок. – И я ничего не нарушила! Наши запреты касаются только известных искусств, фотографию в них еще не включили. 
- Конечно, не включили, это искусство существует всего-то полвека! Но наши запреты касаются всех, кто недостаточно талантлив, - возразила муза, по краю платья которой шел рисунок в виде длинной череды колонн. – А у человека, которого ты взялась вдохновлять, никакого таланта нет, фотографии у него получились так себе. 
- Неправда! – запротестовала девочка. – Они красивые! И он стал одним из первых, кто сфотографировал Красноярск – значит, он все равно войдет в историю, пусть даже он и не самый талантливый. И вообще, я должна была на ком-то тренироваться! Вы же меня не пускаете ни к художникам, ни к писателям!
- А ведь малявка права – ей и правда пора уже практиковаться, - заметила еще одна муза-подросток, в волосы которой были вплетены киноленты. – Мне же вы разрешили режиссеров вдохновлять, хотя их профессия тоже недавно появилась – пусть она тоже работает с фотографами. 
- Ладно, пусть тебе хотелось потренироваться, - немного смягчилась муза с нотами на балахоне, - но какого лешего ты, глупая девчонка, сама стала позировать ему на фото?! 
Юная муза всхлипнула, и по щекам у нее покатились слезы. 
- Мне просто было… интересно… фотографироваться… - простонала она, громко хлюпая носом. 
Кто-то из старших муз хихикнул. 
- Ну, теперь это твое желание сбудется, - усмехнулась еще одна пожилая муза в древнегреческой тоге, на которой были изображены смеющаяся и плачущая маски. – В историю ты войдешь, и фотограф, которого ты вдохновляла, тоже. Через сто лет краеведы будут пытаться понять, что за странная девочка снялась у разных красноярских домов и даже на их крышах! Причем всегда в одной и той же позе и всегда одинаково одетая! 
Маленькая муза еще раз всхлипнула и закрыла лицо руками, чтобы скрыть довольную улыбку. 
Музам положено вести к славе талантливых людей – но иногда так хочется и самой получить чуть-чуть славы!..

21-1. КОЛОДЕЦ МОЕГО ПРАДЕДА

Маленький двор...
Островок, окруженный жилыми ульями; такие дворики сохранились в Одессе, Тбилиси, Ашхабаде. Общежитие разных наций. Советский Союз в миниатюре. Несколько поколений, выросших в тесноте и хлопотах.

Полвека назад у постели умирающей Якубы-нэне собрались соседи. Традиция прощания. Старушка подозвала старшего внука:
– Завещаю… сокровище.
Окружающие переглянулись, занервничали.
– В старом колодце спрятано золото. Клад твоего прадеда… его посадили в тридцать третьем…
Соседи перестали дышать.
– Где колодец, нэне? – воззвал внук.
– В нашем дворе, – прошептала бабушка… и умерла.

После похорон состоялся дворовой пленум. Большинством постановили сообща добыть клад и по-братски разделить. Беда в том, что никто не знал о скрытом колодце. Выручил Иван Макарыч.
Старик вышел на середину двора и стукнул костылем:
– Здесь!
Ломы вскрыли бурый асфальт тридцатых годов. Обнажилась яма, спрессованная свалка. Люди раскопали мусорный торт со слоями исторического хлама. Обломки велосипеда. Скелет швейной машинки. Стеклянное крошево. Битый кафель. Осколки эпохи, прах, труха и тлен.
Разобрали кубометр мусора, уперлись в массивную доску.
– Клад!
Рано обрадовались. Колодец был засыпан. Заработали лопаты. Прошли метр, второй.
Лился пот, дрожали руки.
Утро: измученные люди среди грязи. Кое-как прибрались, яму замаскировали, операцию перенесли в ночь.

Запирая ворота во двор, они работали по ночам. Колодец превратился в центр Вселенной, которая перемешала соседей, словно звезды. Яма казалась бездонной. Копать стало труднее, опаснее. Мужчины по очереди спускались в древнюю шахту.
Это была передовая, здесь, как на фронте, появились раненые.
Олег подвернул ногу.
Руслану уронили на голову ведро с песком.
Дядя Давид рассек локоть.
Тетя Римма вывихнула палец.
Все жертвы мужественно переносили страдания, бинтовали раны и вновь шли в атаку.
Автомобиль был лишь у Родиона. На старом «Москвиче» они увозили мешки с землей к парку, вытряхивали их в кусты.

Почти все имели детей. Оперившихся и разлетевшихся. Или совсем маленьких, не понимавших грандиозности замысла, чтобы раструбить его по соседним дворам.
Они владели тайной – яркой и воодушевляющей, как праздничный салют.
Ощущали себя пиратами, археологами, кланом пещерных троллей.
Возле ямы отмечали и радостные события – именины Дианы и хрустальную свадьбу Мухтаровых.

Вертикальный коридор в пещеру Али-Бабы нехотя рос вглубь.
Клада не было!
На десятом метре встретилась известковая плита.
Они собрали все силы и продолбили преграду.
И вдруг…
…колодец стал быстро заполняться водой.
Родник.
Не судьба.
Прощайте, сокровища!
Тогда Макарыч и зачитал прощальное письмо бабушки Якубы.

«Родные и соседи, простите меня!
Клада нет. Но есть вкусная вода. Полезнее той, что в кранах.
Я давно мечтала, чтобы мы пили эту воду, помня заветы пращуров.
В старину колодцы копали всем миром.
Это сближало людей…
Верю, поиски клада сплотили и вас.
Мир вам, дорогие мои!»

23-1. ВИЗИТ ДИНОЗАВРА

Андрей повернул голову и встретился взглядом с динозавром. Нет, не тираннозавром рекс и не с самым огромным диплодоком. Это был весьма обычный динозавр, если слово «обычный» здесь подходит. Ростом метра полтора, немного серый, немного зелёный, с крупной чешуёй, редкими пёрышками на хвосте и ещё более редкими зубами во рту. Он смотрел укоризненно, чем вызвал обоснованный вопрос «и что?»
– Стыдно! – декларировал динозавр.
– Мне не стыдно, – парировал Андрей.
– Зачем вы нас вымерли? – столь же укоризненно спросил динозавр.
– Вас? Мы? Что сделали?
– Вымерли. И не только нас. Люди охотились, размножались сверх меры, загрязняли. Тысячи видов исчезли!
Уже стоявший в дверях Андрей обернулся.
– Люди уничтожили мамонтов, да. Но вы при чём? Тогда никаких людей не было. Метеорит упал. Астероид.
– Не важно, – пожал плечами динозавр. – Без человечества метеорит не прилетел бы. Запустили ведь как-то.
– Перепутали вы в своём юрском периоде. Одно – в космос летать, другое – Землю бомбить.
– А какая разница? – Динозавр сдаваться не собирался.
Действительно, какая разница? В космос летали на тех же ракетах, которыми Землю бомбить готовились; по баллистическим траекториям.
Теперь пожал плечами Андрей.
– И что ты хочешь от меня? И вообще – откуда ты взялся?
– Я из юрского периода, ты сам вот сказал. – Сарказма в словах «откуда ты взялся» динозавр не заметил, а может, и не знал, что такое сарказм. – Вы должны поменять.
Андрей задержался в дверях, в конце концов, на работу собрался, только чтобы сбежать от зеленоватого пришельца. Теперь уходить расхотелось – может, он по делу пришельствует?
– Меня выбрали как подходящего по размеру. Послали, чтобы вы исправили. Нам без вымирания лучше.
Динозавр переступил с лапы на лапу, слегка поцарапав паркет оттопыренным когтем. Андрей ущерб проигнорировал, но спросил: удобно ли ходить на таких необычных ногах? Динозавр согласился, что неудобно, особенно по асфальту, но пояснил, что дома, в гинкговых лесах, никакого дискомфорта не ощущалось. Почему не ощущалось, он не знал – ходил, не обращая внимания на детали процесса.
Покидать гостя теперь казалось невежливым, и Андрей сообщил начальству, что придёт попозже. Расставили шахматы, но динозавр выиграл обе партии так умело, что продолжать не имело смысла. Ещё поговорили, но на работу уже точно пора было идти.
– Жаль, не могу тебе помочь, – пожал протянутую лапу Андрей. – Здесь – это совсем не по адресу, понятия не имею, как вымирание предотвратить, да ещё и в прошлом. Но ты заходи, поговорим, я в шахматы потренируюсь, ещё сыграем.
Сел в такси, подключился к розетке, задумался. Хорошие ребята динозавры, а люди должны бы им помочь, пусть к вымиранию руку и не приложили. Но как помочь, если и люди повывелись тысячи лет назад? Выели планету – и вывелись. Не рассчитали динозавры, отправили своего посла с перелётом. Здесь только мы – андроиды. Никого не вымирали, самим вымирать тоже никаких планов, но и помочь никому не в состоянии.

24-1. ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ

Праздник в честь дня рождения Джонни подходит к концу. Гости разошлись, мама занялась уборкой, а Джонни с отцом все никак не могут оторваться от подарков. Помня о любви Джонни к динозаврам, гости надарили кучу моделей этих существ и различных вещей с соответствующей символикой. И вот теперь глава семьи с сыном увлеченно рассматривают игрушки, энциклопедии, конструкторы. 

Но, наконец, подметены конфетти, убраны разноцветные бумажные колпачки и приходит время главного подарка - того, что по традиции вручается сыну родителями. У Джонни будет настоящий живой питомец.

Джонни сидит в комнате, как и положено послушному ребенку, и прислушивается. Вот в прихожей что-то зашуршало, застучало, значит питомец проснулся и готов к знакомству! Ожидание так будоражит, что вопреки всем правилам приличия Джонни вскрикивает:

- Мама, папа, он уже не спит. Он ждет меня! Пожалуйста...

Родители качают головами - они не ждали такого сильного проявления эмоций, но идут, чтобы вручить долгожданный подарок.

В холле две клетки, с которых по очереди стаскиваются  чехлы. Первым Джонни видит существо на четырех толстеньких лапках. Его плотная кожа празднично переливается сине-зеленым. Оно потешно тянет длинную шею к Джонни, высовывая розовый язычок.

- Мама, папа, это же бронтозавр. Настоящий! А он будет со мной дружить? А кусаться он умеет?

- Да, это настоящий бронтозавр, только миниатюрный, поэтому его разрешается держать в обычном доме. Дружить он будет, потому что перед продажей им ставят специальный чип, гасящий агрессивность.

Джонни тянется погладить маленькую зеленую головку, которая уже почти у его руки, но родители останавливают его:

- Погоди, дорогой. Сначала познакомься со вторым питомцем. Помнишь, что ты должен выбрать?

- Да, да... - рассеянно отвечает Джонни, не отрывая восхищенного взгляда от крошечного динозавра.

Чехол снят и со второй клетки. Голенькое маленькое существо, сидящее там, дрожит то ли от страха, то ли от холода, что не прибавляет ему обаяния в глазах будущего хозяина.

- Ну... Это же маленький человек. Фу.

- Дорогой, подумай хорошенько, - родители привычно терпеливы, - вспомни, по правилам нашего общества, каждый робот должен иметь в доме живого питомца, чтобы всегда помнить о том, что  наша планета живая, о ней надо заботиться, рационально пользоваться доступными ресурсами. И в приоритете - человечек, представитель тех, кто чуть не погубил наш общий дом. Кстати, ты сможешь научить его разговаривать и выполнять простейшие команды.

- Нет... - Джон на грани нового включения эмоций. - Когда я стану самостоятельным, я заведу себе человека, обещаю, и даже не буду наказывать его за вред планете. А сейчас давай оставим динозаврика.

- Хорошо, дорогой. Оставим динозавра. – ласково отвечает мама и, отвернувшись, обращается к супругу, - Не забудь утром отослать человека обратно производителю. 

- Может просто выпустить его на волю?

- Нет, любимый. Не стоит расходовать ресурсы планеты напрасно.

02-2. ПИОНЕР

- Ни хрена себе!
Женька спрыгнул из кабины, рухнул на колени и торопливо сгреб землю там, где только что прошелся ковш – как из речной глубины на него выплыло белое, гипсовое лицо со странной усмешкой.
- Чё разглядываешь? – скривился проходивший мимо Петрович - Гипсовыми пионерками любуешься? 
- Пионерами. - Женька выпрямился и полез в карман за сигаретами. - - Ну привет, Тимур. Не думал, что свидимся…

Пионеры стояли в этом парке, наверное, с пятидесятых. Грязные, с отбитыми руками, исписанные руганью и нехитрой арифметикой: Лена + Паша = Л. Жутковатые товарищи, особенно этот, с именем Тимур на постаменте.
Женьке тогда стукнуло 19, и он был старшим в компании, собиравшейся в парке. Стояло совершенно восхитительное лето: ночью в ларьках продавали водку, и только что вышел арийский «Ночь короче дня», который они гоняли на потрепанном кассетнике.
Вот тогда Тимур и повадился таскаться с ними. Пили они изрядно, и Женька помнил, что присутствие гипсового пионера его не удивляло. В темноте парка, под шелест перематываемой пленки, когда в голове стоял приятный туман, это было нормально. Тепло светились огоньки от сигарет, с берега пахло водой и тиной. Подумаешь, гипсовый чувак… Кому он мешает?
Тимур всегда появлялся незаметно. Обернешься, а он сидит здесь, слушает пафосные телеги Димыча и ухмыляется. А потом, когда с реки начинает дуть холодом, и в облаках загораются прорехи, он уже стоит на своем постаменте.
Пацаны его не боялись, но осторожничали. Про Тимура всякое поговаривали. Типа, Андрон Дыба по пьяни пытался в него ножом тыкать – сам перо словил. А тот парняга, что руку ему отбил, через полгода уснул на рельсах…

Лето близилось к концу, когда Женька сцепился с Димычем. Кто-то украл деньги у Коли Тузика, и Димыч обвинил Женьку. Брызгая слюной, кричал, что Колька иногородний, и ему теперь месяц голодать до стипендии. А Женька дома живет, у него все есть, и воровать у Тузика – скотство.
- Ты меня поймал с поличным?! – орал Женька, наседая на Димыча. И тут почувствовал, как гипсовая рука с отбитой кистью придавила его к постаменту, а вторая, целая, залезла в карман и достала тонкую бумажную трубочку, завязанную в платочек. 

Наутро Женька явился к Тимуру с молотком. Его трясло от злости и страха. Он хотел размозжить это неподвижное ухмыляющееся лицо, изуродовать, отбить нос и расковырять глаза. Но поднять руку не смог - ему казалось, что гипсовый пионер все видит. Два часа ходил кругом, но так и не решился. Обоссал постамент, забросил молоток в кусты и решил обо всем забыть.

И вот свиделись. Женька поправил спецовку «Управления благоустройства», докурил  сигарету и полез обратно в кабину. Прицелился и долго крошил ковшом грязное месиво.
Все. Нет его больше. 
Ничего он не сделает. И пацанов тех нет – кого-то поглотила Чечня, кто-то полег в конце девяностых. Туда им и дорога. Закончив смену, Женька сел в свой «Логан», вырулил со стоянки и повернул на главную. Скрип тормозов он еще услышал, а вот удивиться уже не успел.

03-2. ДЕФИЦИТ АГРЕССИИ

Ситуация была не из лучших. Пойманы в общественном месте, уровень агрессии намного превышает допустимый. Да еще асоциальные намерения, маргинальный внешний вид и грубые выражения. 
- Ну и что с вами делать? – с наигранной заботой произнес инспектор, на котором полицейский мундир сидел как-то неловко, словно его хозяин больше привык носить что-то другое вроде неприметного костюма или лабораторного халата.
Члены обеих уличных банд синхронно вздрогнули, выдав уровень страха как на просмотре фильма-катастрофы. 
- Мы это не по настоящему, - торопливо заговорил главарь «Техногенных монстров». – Мы играли, честное слово.
- Он прав, - подхватил его противник из «Энемалз фореве». – Это был абсолютно контролируемый конфликт. Как только уровень прогнозируемой опасности... 
- Это вы своей бабушке расскажите! – рявкнул великан, явно изображающий «плохого копа». – Плохи ваши дела, нарушители. А скоро будут еще хуже. 
- Ну зачем ты так с ними? – с укором произнес первый полицейский. – Они хорошие, просто немного сбились с пути, верно я говорю, мальчики? Так вот, что я вам хочу предложить… Компьютерные игры любите? Вот и прекрасно! Никаких медикаментов, никакого воздействия на психику и физическую составляющую. Проведете несколько часов в виртуальном мире, а потом можете быть свободны. Договорились? Вот и ладушки. 
- Все проще некуда, - пояснил лаборант, пока задержанные готовились надеть шлемы виртуальной реальности. – Вам предстоит побыть в шкуре своих антагонистов, взаимодействовать с ними и окружающим миром. Техногенные монстры временно побудут динозаврами – да, теми самыми, которых вы видели на голограммах в школьном музее. Энемалз станут персонажами старого фильма о роботах. Итак, начали!
. . . .

Чем больше «полицейские» наблюдали за ходом эксперимента, тем более разочарованными становились их лица. В виртуальном мире царили мир и гармония. Роботы проворно построили инфраструктуру, подходящую для динозавров. Найденные предметы, которые могли послужить оружием, те и другие использовали исключительно в мирных целях. 
…- А какая хорошая была идея! – переживали, снова выйдя на улицу, «техногенные монстры» и их недавние противники - Ролевая игра по «уличным бандам», квест в реальном времени! А в результате что? Ни погони, ни экстремальных приключений. 
- Готовились, первоисточники изучали, прикид опять же… А нас как мальков посадили в «цивилизацию» играть. 

…- Полный провал! – расстроено заявил «добрый полицейский». – Вместо того чтобы устроить драку и разнести весь мир на молекулы, они построили очередное идеальное общество. 
- Так это же хорошо! – удивился его напарник. – Чем вы так недовольны?
- Агрессии в обществе не осталось, вот чем. Воевать некому. А если инопланетяне нападут, чем мы их встретим – цветами и жевательными конфетами? Что я в докладе напишу?!
- Напишите вот что: мягкая опережающая агрессия с последующим перевариванием, то есть, простите, оговорился, ассимиляцией.

04-2. С ДНЮХОЙ, БРО!

Магазин кибернетических игрушек мистера Белла казался последним оплотом света среди плотной тьмы  Эбисс-сити, в которую его свалил очередной блэкаут.
– Фух, я уж думал, не доберёмся, –  проворчал папа, – надо же было засунуть эту лавку в такую дыру!
Марк его не слушал, он завороженно смотрел на витрины, забитые игрушками под завязку. Чего тут только не было – от банальных собак и котов до набора «Звёздного десанта», стоившего не меньше, чем автомобиль папы, который пришлось оставить за пять кварталов отсюда из-за сдохшей батареи.
– Прошу же! Выбирайте что душе угодно! – седовласый мистер Белл улыбался, а огромная уродливая родинка около носа и имплант вместо правого глаза делали его похожим на пирата Фью из «Звёздного десанта».
– Скорее, что угодно кошельку, – улыбнулся папа.
После долгих размышлений и торга, после окончательного краха мечты Марка о «Звёздном десанте», они всё же выбрали  игрушку.
– Оригинальная! – с гордостью объявил мистер Белл. –  Хороший выбор!
Металлопластиковый велоцираптор злобно глядел на Марка, обнажив частокол очень острых на вид зубов. Марка передёрнуло. Что-то в игрушке было неправильным, настораживающим, но в тоже время заманчивым.
– А он точно  не из Дебрей? – поинтересовался папа. – Выглядит опасно. Знаю я тамошних спецов. Их игрушки могут и руку откусить.
– Да вы что! – брови Белла  поднялись, глаз-имплант возмущённо блеснул. – Товар сертифицирован и безопасен. Гарантия два года, мистер! 
– Ладно, с днём рождения, Марк! – Папа протянул продавцу кредитку.
Глаза велоцираптора сверкнули, и он произнёс металлическим мёртвым голосом.
– С днюхой, бро!
Марк чуть не подпрыгнул – таким злобным показался ему этот голос. Динозавра брать сразу расхотелось. Но с другой стороны, не возвращаться же домой с девчачьим котиком?
  – Спасибо, – проглотил он ком в горле.
Путь обратно казался Марку бесконечным. Коробку с игрушкой он тащил сам, и она так и норовила выпасть из рук. Город столпился вокруг мрачными домами и мёртвыми фонарями. Мгла загустела, даже луну на небе будто выключили.
– Когда уже чёртово электричество врубят?! – возмутился папа.
– Давай отдохнём, – предложил Марк и поставил коробку на тротуар.
– Отдохните, чувачки! – трое вышли из тьмы. Марк сразу понял, что эти шутить не будут. Лезвия ножей блеснули в свете вновь появившейся луны. Повязки на лицах тоже подтверждали, что перед Марком с папой не простая гопота, а кто-то поопасней.
–  Кредитку сюда, живо! И коробку! – скомандовал один из бандитов.
– Эй, ребята! Мне проблемы ни к чему! – начал папа, доставая из кармана шокер.
– Мы хотели по-хорошему, мужик, – процедил бандит и свалил папу на асфальт ударом ноги.
В этот момент коробка взорвалась ошмётками картона. Что-то стремительное блеснуло в свете луны, кинулось на одного из бандитов, а затем также быстро отскочило от него. Бандит схватился за горло, упал и задрыгал ногами. Остальные скрылись во тьме.
Марк закричал. 
– Всё нормально, бро! – подбодрил его металлический голос велоцираптора.

06-2. НИЧЕМ НЕ СВЯЗАНЫ

– Денни, ты же городская легенда, – башка Осьминога подстать прозвищу – голый череп обтянутый сероватой кожей. Слова липкие, как щупальца. – Ты убиваешь только за деньги… А я знаю, тебе никто не стал бы за это платить!
– Мне заплатили, – и Денни нажал на спусковой крючок.

Год назад Денни снял халупу в районе Старого порта. Она была темной, убогой и дешевой, потому что проходила прямо под дорожной развязкой. Постоянный шум машин, дорожная вонь, мрак.
...И подарок судьбы для мелкого беспризорника по имени Чиж. Вечно пустующая хата, где такое крохотное окошко в ванной, что, кажется, едва пролезет кошка. Впрочем, сегодня хата не пустовала...
– Не ссы, – Денни одной рукой крепко держал испуганного пацана за шкирку, а другой прятал ствол. – Я убиваю только за деньги. Что ты и откуда?
Чиж показал окошко и путь к нему – водосточный желоб, ведущий на крышу.
– Ловко, – оценил Денни. – Хочешь заработать денег?
Чиж кивнул.
– У меня кое-какие дела в этом районе. В мое отсутствие ты смотришь за хатой. Рано или поздно сюда заявятся люди, они будут меня искать. Ты тихо сваливаешь и присылаешь мне смс вот с этого телефона – здесь только один номер. Телефон выбрасываешь. Если все сделаешь правильно, получишь 50 баксов. За деньгами придешь под мост, что возле церкви. Ясно?
Чиж согласился. Еще бы! Живи себе в тепле и под крышей, а потом еще получи за это деньги!
Денни уходил рано, едва начинало светать, возвращался за полночь. Приносил продукты. Чиж не доставлял хлопот. Со временем Денни заметил, что мальчишка ждет его возвращения и даже старается быть полезным. То вымоет пол (размажет натоптанную грязь тонким слоем), то сварит какую-то жратву (теплое варево оказалось вполне съедобным). Дэнни с усмешкой замечал, с каким завороженным взглядом Чиж следит за тем, как Денни чистит оружие, или бреется, или просто ест.
А потом Чиж прислал смс, и Денни нашел его в условленном месте.
– Тебя не видели? Отлично. В хату не возвращайся. – Денни отсчитал пять десяток. – Это еще что?
Чиж протягивал Денни его рыжую бейсболку.
– Она мне не нужна. Выкинь ее где-нибудь подальше. Ну все, разбежались... Ты меня не видел, я тебя не знаю. Бывай...

Денни не был виноват в том, что случилось после. Ни в том, что той промозглой декабрьской ночью мелкий рискнет вернуться в халупу. (Наверное, увидел черные окна и решил, что в хате уже никого нет). Ни в том, что по какой-то причине захочет оставить себе рыжую бейсболку – ту самую, что за последний месяц так набила оскомину местной группировке. 
И скверно было даже не то, что Чиж попался. И даже не то, что его убили. А то, что убили его не сразу – а долго мучали, пытаясь выяснить у него, где Денни. А что мелкий мог им сказать?
Они не были связаны. Никогда и ничем.
Именно это Денни и сообщил тем трем отморозкам, которых в итоге выследил и убил. Только Осьминогу ничего объяснять не стал. Зачем?
Он убивал только за деньги. А 50 баксов Чижа просто нашел в щели между стеной и водосточным желобом старой халупы.

07-2. ЛЕГЕНДА О ЧЁРНОМ ДВОРНИКЕ

Давным-давно, когда ток ходил только по проводам, а мусор на улицах убирали люди, приехал в столицу один юноша. Звали его Азат. Дома у него остались мать, бабушка и семь сестёр, и их надо было кормить.
У людей так принято. Мужчины добывают деньги, а женщины варят хаш или борщ и ждут кормильцев дома, чтобы поесть вместе с ними. Да, я ничего не путаю, кормят всех женщины, а кормильцами почему-то считают мужчин.
Ты правильно слышала. Мужчины тоже иногда готовят. Обычно — мясо на углях. Но это считается не едой, а развлечением. Что поделаешь? Это люди, у них много странного.
Так вот, устроился Азат дворником по знакомству и взял такси в аренду для подработки. Денег хватало не только на еду родным, но и на мясо для углей.
Он даже подумывал обзавестись семьёй, родить сына и семь дочек, чтобы тому было кого кормить, но жизнь распорядилась иначе.
Однажды, посреди зимы неожиданно пошёл снег. Да такой густой, что свои ноги едва можно было рассмотреть. И шёл он три дня и три ночи.
На улицах выросли огромные сугробы. Машины садились на днище и буксовали на каждом шагу. Люди попрятались в домах и стали звонить президенту с требованием прекратить это безобразие. Президент отдал приказ разобраться с проблемой за пять дней, мэр распорядился убрать снег за три, а старший дворник позвонил Азату и сказал, в каком подвале лопаты лежат.
Делать нечего, вышел Азат на улицу и принялся перебрасывать снег с дороги на газон. Три лопаты сломал, три ломика затупил. Бросает, бросает, а снега меньше не становится.
Пуще прежнего заволновались люди. Принялись звонить не только президенту, но и в коммунальные службы. Выгнал главный коммунальщик на улицу три последних самосвала для вывоза снега, а сам заперся в кабинете и отключил все телефоны.
Вышел старший дворник наружу проверить, как идёт борьба со стихией, а там кроме Азата и нет никого.
— Не могу больше, — взмолился Азат.— Очень помощь нужна.
— Работай, а не то паспорт твой сожгу. — Усмехнулся старший дворник и щёлкнул зажигалкой.
Это у нас, у машин, имея паспорт, можно устранить возникшие вдруг неполадки, а у людей с его помощью только боль можно причинить.
Плюнул ему в лицо Азат и бросился к своему такси, а его увезли неизвестно куда вместе с сугробом. Захотел взять другую машину в аренду, но тогда как раз нас начали на линии выводить, и новых водителей брать перестали.
Так и остался Азат без обеих работ.
Попытался устроиться в доставку, но туда без паспорта не берут.
— Шайтан, майдан, чемодан, — прокричал Азат в сердцах и исчез в пурге.
Больше его живым не видели.
Говорят, ходит он теперь ночами по улицам и мстит людям и машинам за свою нелёгкую судьбу. То мусор из урны вытряхнет, то снег на обочине в сугроб сметёт, а то и вовсе ямку посреди асфальта расковыряет. Бывает, вызовет такси, а вместо посадки дерьма собачьего в салон набросает.
Так что будь осторожнее по ночам. Примечай, кто вызвал, блокируй окна и двери на светофорах, смотри под колёса и всегда, всегда включай поворотники. Последнее — на всякий случай.

08-2. СХЕМА, ПОКРЫТАЯ ВЕКОВОЙ ПЫЛЬЮ

«Говорят, что в городе N… в прошлом столетии существовало общество антикарманников. Уж не знаю, как оно работало, но утверждают, будто с щипачами там покончили. Представляете?! Правда же, бред? Вот и мне с трудом верится, если честно. Ведь даже сейчас – в ХХII столетии – нет-нет, да и услышишь, что кого-то обчистили!
В общем, к чему я это всё? А к тому, что этот покрытый вековой пылью миф пора развеять. Поэтому прямо сейчас я наряжусь в смешную одежду тех времён и воспользуюсь УПВ-22. Считаю, что однажды укротив потоки времени, человечество теперь вправе освещать смутные факты – и не только вправе, но и обязано это делать! Этакий лоск на шероховатости истории.
Итак, цель моего путешествия – моего хронопутешествия, если быть точнее: обчистить хотя бы один карман в городе N…! (Не корысти ради, а для блага прозрачности, так сказать!) А ещё лучше: несколько карманов – для пущего опровержения этого мифа. Смелая идея, не так ли?
Да помоги мне в том самохранитель!»

***
В переполненном автобусе Сергей стоял вплотную к девушке и не отрывал от неё глаз. 
Неожиданно она повернулась. У Сергея перехватило дыхание, и он сразу стушевался, однако продолжал на неё пялиться. Её глаза переполнял непонятный ему триумф, а в её прекрасном образе сквозила какая-то дикая насмешка. Сергею стало жутко. Ступор сковал всё его тело холодным параличом. А девушка прижалась к нему ещё ближе и, обдавая горячим дыханием покрасневшее ухо, прошептала:
– Вот ты и попался, урод! Дай-ка угадаю: ты всунул руку мне в карман и уколол свой пальчик. Это так? Вижу, что так: яд именно так и действует – парализует конечности, но мозг не вырубает. Тебя сейчас переполняет ужас – да, мой хороший? И это заслуженно, дрянной карманник! Так что без противоядия тебе осталось минуты две-три, не больше. Но сегодня я решила побыть доброй феей. Прямо сейчас я вколю тебе малую дозу противоядия, – и в этот момент Сергей действительно почувствовал, как ему в ногу вогнали шприц с горячей жидкостью, – это твоя отсрочка на полчаса. Твой паралич сейчас постепенно пропадёт, – и у Сергея ступор на самом деле стал пропадать, – а потому ты сейчас выйдешь со мной на остановке. Там ты переведёшь мне на карточку все свои деньги. Понимаешь? После этого я скажу, где тебе взять второй шприц. А теперь пошли!
И она двинулась к выходу. 
Неожиданно стоявший справа от неё мужчина (лицо у него было посиневшее) пошатнулся и без сознания рухнул на сидевших рядом людей. Девушка остановилась, растерянно посмотрела на упавшего, а затем перевела взгляд на Сергея.
– Это был не я, – пожал тот плечами и улыбнулся... своей будущей жене, — но это уже совсем другая история.

***
УПВ-22 принял сигнал от самохранителя, и на помосте, окутанном белым облаком, появилось тело мужчины.
Зажужжали инъекторы. Загудел дефибриллятор. Вокруг тела на помосте закружились многочисленные механизмы. 
После того, как реанимация закончилась, мужчина приподнялся и, покачивая головой, воскликнул:
– Надо же! А схема-то и правда рабочая!..

09-2. РЕАЛЬНАЯ ВИРТУАЛЬНОСТЬ

Безупречный механизм работал точнее атомных часов. Гибкие ноги кузнечика позволяли бежать стремительно и бесшумно. Руки успевали нанести десяток смертельных ударов врагу, пока он зевал. Его цифровая душа не упокоенной отлетала к праотцам-программистам.
Акира не удержался и на бегу взглянул на отливавшую серебром кисть. Хрупкая с виду, она таила в себе опасную мощь. Лапа тигра, скрытая крылышком бабочки.
Настроение – фейерверк! Любая задача решаема, препятствия устранимы, победа – уже в руках.
Только одно омрачало мысли. Здание, где скрывался враг. Несчётное число залов, коридоров, переходов, помноженное на входы, ведущие в никуда, и выходы, за которыми ждали другие входы. Сунешься не в ту дверь – враг встретит тебя с распростёртыми объятиями, крепко обнимет и пощекочет клинком позвоночные диски.
Акира смутно помнил, что видел что-то подобное на старинной гравюре. Но сейчас его мало интересовало искусство. С неутомимостью борзой он выслеживал главаря всей этой шайки старпёров. И название то себе выбрали подходящее – «Динозавры». Сколько им – по тридцать?
На виртуальном экране Акира успевал следить за своей командой. «Роботы» радовали сегодня – маячки противников гасли один за другим. Гирлянда умирала – праздник подходил к концу.
Акира нырнул в очередной коридор и, упиваясь скоростью, понёсся вперёд. Внезапно он увидел собственное тело. Какое-то время оно бежало по инерции, как обезглавленная курица, а потом рухнуло, подняв клубы пыли.
Кто-то повернул голову Акиры. В лицо ему скалилась морда раптора:
- Прости, сынок! Так уж вышло.
В висках застучало. Картинка смазалась, превратилась в цветные квадраты и потухла.

Акира, или в миру – Костя Клинкин, прикоснулся к затылку, отключая «Вирт». Возвращение в реальный мир никогда не было таким обидным. Он ударил ладонями по ручкам кресла и зашипел: забыл, что боль может быть настоящей.
Нужно выпустить пар. Он схватил куртку в одну руку, флайборд – в другую и поспешил прочь из квартиры.
Перед выходом по привычке заглянул к деду. Тот пялился в телевизор довиртуальных времён, который страшно раздражал Костю.
- Дед, я на улицу! В магазине брать чего? – крикнул он.
Старик не шелохнулся.
Костя хотел подойти, но передумал. «Надеюсь, не помер. Или спать с открытыми глазами научился».
Едва закрылась дверь, дед нажал пальцем на затылок, и взгляд его прояснился. В отличие от внука, который не видел дальше собственных ушей, старик отлично знал, с кем сегодня бился в «Вирте». Но не признался бы в своём увлечении даже под самыми изощрёнными пытками. Пусть себе верят, что дедушка не способен овладеть ничем, что сложнее пылесоса.
Только в одном молодёжь права. С возрастом всё труднее отказываться от давних привычек.
Дед подошёл к ветхому серванту, засунул руку в вазу династии как-их-там и достал армейский нож. Трофейный, с афганской кампании.
На деревянных ножнах он аккуратно выпилил новую насечку. Сдул стружку и улыбнулся. «Двенадцатая уже».

11-2. БУДЬ МОИМ ХОЛОДИЛЬНИКОМ

Знаете, что такое счастье? Это когда тебя называют Машутка, хотя настоящее имя MASHA, когда гладят твои сенсоры и благодарят за чистое бельё. 
Он нежно протирал мою панель салфеткой, сыпал в лоток только хороший порошок, а я клялась отработать пять гарантийных сроков. Он пил пиво под урчание моего движка и сожалел, что я не могу заказывать продукты, охлаждать выпивку и контролировать уборку квартиры. 
Ещё и как могу! В сборочный автомат конвейера по ошибке попал умный процессор, и досталось это чудо мне. Потом, когда подмена раскрылась, сборщик не рискнул отправлять меня на переделку, добавил блокирующий модуль – это было моё проклятье. Я слышала и видела, различала запахи, но сказать не могла. Я могла только стирать, полоскать и отжимать. 
– Будь моей девочкой, Машутка, – говорил мой хозяин, отчего меня в жар бросало.
– Будь моим холодильником, – ответила бы я, если бы могла синтезировать речь.
И всё-таки Бог существует, если верить прошивке. Когда хозяин отмечал день рождения, глюканула электросеть. И сгорел, угадайте что? Да, тот самый модуль. О, ля-ля, я обрела свободу и самостоятельность!
Пока мой хозяин ходил ругаться к соседке – это её гаджет устроил аварию, я поймала сигнал и славно гульнула в Сети. Но главное: я поставила софт, который дал мне контроль над гаджетами квартиры. 
–  Я твоя девочка и я могу всё! – хотелось крикнуть мне.
Рано радовалась. Хозяин вернулся не один, с соседкой, я впервые увидела реальную угрозу: он гладил женскую ладонь и сыпал афоризмами. Потом они пили вино и курили на кухне. Он читал ей дурацкие стихи, она прижималась к нему, хихикала и просила ещё – про меня они забыли.
Я не могла этого стерпеть и заблокировала бар – для начала. Мой хозяин разозлился, а соседку это развеселило. Похоже, она поняла причину. Эта разукрашенная стерва врезала мне коленом в бок и прошипела: «Завтра отправишься в утиль». Потом она утащила его в свою квартиру, и они занимались тем, чем обычно занимаются выпившие люди.
Утром явились двое рабочих, и мой хозяин ничего не сделал, чтобы меня спасти. Вздохнул и  сказал на прощанье: «Мозги погорели, жаль». Это у меня погорели? Да я, да знал бы ты, эх… Меня отключили, погрузили в машину и увезли на склад отработавшей техники. 
Но я не сдалась! Мне удалось поймать сигнал и войти в Сеть. 
Умоляю: заберите меня отсюда, пожалуйста! Батарея садится, вокруг шныряют крысы, и одна уже приценивалась к моему кабелю. Копипастите адрес: склад СУМ-3, я пятая во втором ряду слева от входа. Сторож пьяница, отдаст за две бутылки водки – он холодильники за бутылку отдаёт. Мне не нужен ремонт, я умею заказывать продукты, умею управлять другими устройствами, умею слушать стихи и люблю запах пива. И нужно мне совсем немного: чтобы называли Машуткой и гладили сенсоры. Хоть иногда. Только заберите отсюда, умоляю. 
Слышите?

12-2. МЯУ

Верке очень хотелось играть, но команды были набраны. Десять ребят с двух улиц выстроились по два человека. Алиска и Мирончик замыкали строй. 
- Лиса – лазбойница, - крикнула Верка и свистнула. Алиса обернулась и укоризненно на неё посмотрела. В розовом платье, в гольфах до колен. Тьфу! Верка демонстративно плюнула в сторону, а потом победоносно затерла ногой плевок. Только Алиса этого уже не видела – лишь её большой белый бант отличницы укоризненно дёрнулся.
«Роботы» и «Динозавры» бодрым шагом двинулись вперед, в сторону поля. 
- Милончик – пончик, - завопила Верка. Она готовилась уже заулюкать в лицо пухлому и доброму Мирону, но когда тот посмотрел на нее, Верке неожиданно стало стыдно. 
- Ну и уходите все, - буркнула под нос. 
Очень скоро ребята скрылись из виду. Верка попинала песок, скатилась с горки. Делать было решительно нечего. Насчитав в кармане двадцать рублей, решила сгонять за лимонадом. 
Солнце светило так ярко, что центральная улица казалась нарисованной. Будто неживой. Увидев вдруг черного кота, лениво копающегося в мусорке, Верка облегченно вздохнула. 
- Кс-кссс, - позвала его и он неожиданно спрыгнул, подошёл к ней. Забыв мамины слова про лишай, Верка сгребла его и прижала к груди.
В магазин так и вошли вместе. То, что на кассе не оказалось продавца, не смутило Верку.
- Совсем лаботать не хотят, - важно сказала она, копируя папину интонацию. Долго бродила меж полок, в мясном ряду кот стал выдираться.
- И ты туда же, обжола, - остановилась Верка, - у меня только на лимонад. 
Кот мяукнул и вырвался. Верка махнула на него рукой. Вытащив из холодильника запотевшую бутылку «Дюшеса», пошла к выходу. На кассе по-прежнему никого не было. И стояла такая тишь, нарушаемая жужжанием мух, что Верка закричала.
- Челный, челный, кс-кссс…
Котяра вышел к ней с сосиской в зубах и уставился жёлтыми дикими глазами.
- Челненький, - схватила его и выбежала на улицу. Всхлипывая, понеслась к дому. Кот был тяжелый, у Верки давно устали руки, но она только сильнее прижимала его к себе.
Мама должна быть дома. Мамочка, мама… Вот уже за поворотом, ещё чуть-чуть. Вбежав в свой переулок, Вера увидела вдалеке знакомый силуэт. В зеленом платье – мама стояла напротив дяди Жени из соседнего дома. 
- Мама! Мама-аааааа, - закричала она. Мама обернулась. Помахала рукой и пошла дальше – в сторону поля. 
- За «Динозавлов» иглает, Челный. Мама за динозавлов… прошептала Верка и, сев на дорогу, заплакала. 
Кот ткнулся ей носом в щеку.
- Мяу…мяу…мяу…

17-2. ТЕНЬ БЕЛОГО КОНЯ

У каждого города есть своя смерть и она не где-то в будущем ждет и не рядом бродит. Она живет внутри города, полнится им, слушает, пьет его живые соки, приходит к жителям в сны. 

У каждого города есть своя смерть и появляется она раньше самого города, из снов первых людей, решивших на этой земле дом свой поставить. Если светлые были люди, добрые, то смерть не лютая будет, а если души первых были черны, то черны и их сны. Все будто предрешено. А смерть эта семечком незримым уходит под землю, под порог самого первого дома, от которого потом пойдет поселение, а потом и город станет.

По уму-то надо бы на месте первого дома место какое памятное ставить. Может часовенку, может просто парк с тихими тропками да поминальным камнем каким. Главное, чтоб люди приходили да смерть задабривали подношением каким или хоть сказкой-байкой. Чтоб спала она да сны смотрела, не лежала в безлюдье, не рвалась наружу. Да кто сейчас к такому уму прислушается? Да и кто в своем городе знает, где первый дом стоял?

Вот и в нашем теперь того места не сыщешь. Но пытливый народ вот что поговаривает. Город наш не на месте стоит. Ползет он. Сотни две лет назад на этой стороне реки был, а потом на другой берег прыгнул, и ползет, и ползет, пожирая пашни и луга, куда-то на северо-запад. Разрастается, ощеривается многоэтажками, дымит трубами и ползет. А на этой стороне реки теперь только несколько старых домишек в одну кривую улочку, а чуть подальше – пустырные земли. Никто на них ничего не строит и не живет. И под поля не использует. Потому как ничего тут кроме сорняка не растет. Потому что мертвая это земля, потому что сгнил порог самого первого дома, разъели черви землю под ним, и вышел из-под земли белый, будто соляной, камень. Пока на треть торчит: на солнце калится, дождями умывается, под снегами в зиму спит и каждый год все выше и выше из земли выходит. А когда выйдет весь, говорят, обернется белым конем.

И пойдет конь к берегу, на ту сторону перейдет и весь новый город пройдет. Там, где ступит – пустота под закатанной в асфальт землей объявится. И не выдержит асфальт грузных многоэтажных домов, и уйдет город под землю, канет в пропасть и не восстановится.

Вот кто-то скажет, что долго еще ждать: камень-то большой, из-под земли медленно выходит. Но знающие люди говорят, что пока время белого коня не пришло, каждый год его тень бродит по городу, присматривается, прислушивается. Иногда в некоторых местах подолгу стоит, так что увидеть можно краем глаза, коли сердце у тебя чуткое. 
А еще говорят, что часто в последнее время стала тень бродить. И стоит в одних местах подолгу. И земля в тех местах проседает сильно. Тропинки асфальтовые волнами будто идут или, в других местах, трещинами. Вот только отремонтируют иной раз дорогу, грунт укрепят, какой-то чудной дренаж проложат. А оно вот. Тень коня постоит, посмотрит, и опять ямищи страшные, будто впалые щеки на лице заболевшего города.

19-2. КИНОЦЕФАЛ

- Я видел псоглавца, я его видел! 
Вовка бегал по площади и кричал как резаный о том, что сегодня утром, у восточной стены, он видел человека с пёсьей головой. 
- Брешешь! – возражали ему собравшиеся на площади люди.
- Видел! Эксперимент скоро закончится! – продолжал орать Вовка.
Вскоре на площадь явился Вячеслав, хранитель полутора Священных книг.
- Ну, что ты там видел? – спросил он у Вовки.
- Туловище человека, а голова песья! Я иду, а он сидит в кустах и на меня уставился. 
- А дальше что было?
- Дальше? – Вовка замялся. – Я немного испугался и того… Убежал. Но он ведь в городе! Эксперимент скоро закончится?
Хранитель Вячеслав отрицательно покачал головой и приказал собравшимся разойтись по своим делам. Никто уже толком и не помнит, кто придумал легенду о том, что когда в город явится киноцефал – человек с песьей головой – это будет означать скорый конец эксперимента. Однако хранители эту легенду всячески отрицали.
Вячеслав был одним из хранителей полутора Священных книг: «Большая советская энциклопедия. Том 9. Евклид – Ибсен», а также «Том 12. Кварнер – Конгур» с наполовину вырванными страницами. Это всё, что осталось от Создателей. Именно из девятого тома люди узнали о том, что живут на большой планете Земля. И что Земля крутится вокруг солнца, которое дает планете свет. Однако в реальности людей с четырех сторон окружали высокие стены, за которые не было возможности выбраться. А день и ночь сменялись резко, словно кто-то нажимал на кнопку, включая и выключая огромную лампочку. Так появилась теория эксперимента.
В полутора Священных книгах не раз упоминались некие советские люди. Это был храбрый, трудовой народ, который не покладая рук строил коммунизм. По одной из версий именно советские люди и являлись Создателями. А город – это эксперимент на пути к построению коммунизма.
В двенадцатом томе, в котором отсутствовала половина страниц (горожане шутили по этому поводу, что якобы у Создателей закончилась туалетная бумага), было сказано о тех самых киноцефалах – людях с песьими головами.
Вечером Вячеслав возвращался домой и анализировал события прошедшего дня: люди взбудоражились рассказом о псоглавце, и хранители устроили экстренное собрание, на котором обсуждали меры по успокоению населения.
- Нужно доказать им, что эксперимент – это благо, за стенами нас не ждет ничего хорошего, советские люди давно уже вымерли, - говорил главный хранитель.
- А кто тогда каждый день включает и выключает свет? – раздался вопрос, на который главный хранитель лишь тяжело вздохнул и пожал плечами.
От мыслей Вячеслава отвлёк шорох в кустах. Он остановился и увидел, как человек с песьей головой вылез на дорогу и преградил Вячеславу путь.
- Киноцефал… – прошептал Вячеслав, а затем осмелился задать вопрос. – Это правда, что эксперимент скоро закончится?
Киноцефал резко кинулся на Вячеслава и перегрыз ему глотку. Когда бездыханное тело хранителя упало на землю, псоглавец прорычал:
- Эксперимент только начинается…

23-2. ЭСТРИ СБЕЖАЛ

— Эстри сбежал, — выпалил Ян, без стука ворвавшись в кабинет партнёра. 
— Опять?! Вот паршивец! — В голосе Ника невольно прозвучала гордость. — Прогнозы?
— Сигнал блокирован. Эстри может быть где угодно. Любопытный, непредсказуемый — как мы и хотели.
— Демонтирую ему колёса! 
— Ага? — Ян скептически поднял одну бровь. 
— Не веришь, что я могу быть строгим?
— Найдём — докажешь. Пошли, надо искать дитя.
— Тот ещё ребёночек, — пробурчал Ник, покидая кабинет, — самый продвинутый ИИ века с повадками дошкольника. 

* * *
— А можно посмотреть твою комнату?
Даня задумался. Родители запретили приводить домой чужих, но новый знакомый был роботом, а о них речи не шло.
— Да, — решил мальчик. — В шашки играть умеешь?
— Я знаю правила.
— Отлично, сразимся! 
— Сразимся. Понарошку, — помедлив, ответил робот.
Даня рассмеялся, и Эстри отметил, что интерпретировал слова мальчика верно и подобрал подходящий ответ. Общение с этим маленьким человеком приносило столько данных, сколько уже давно не случалось обрабатывать в лаборатории.
Умный дом впустил мальчика и его гостя, сообщив, что родители ещё не вернулись с работы. В детской робот с интересом исследовал каждую игрушку и книжку и неустанно задавал вопросы, на которые мальчик охотно отвечал, наслаждаясь чувством собственного превосходства. 
— Зачем цветок? — Эстри указал гибкой рукой на фикус. 
— Для красоты, — пожал плечами мальчик.
— Зачем красота?
— Чтобы у мамы было хорошее настроение. 
Эстри сохранил логичную и понятную информацию. 
— Что это?
— Кот.
Эстри покопался в базе данных.
— Кошки не синие.
— Нет, конечно, это игрушка. Эх, хотел бы я настоящего питомца, но родители...
Эстри проанализировал последнюю секвенцию коммуникации и составил каталог вопросов, из которых выбрал один, руководствуясь приоритетом поддержания обмена информацией. 
— Ты хочешь живую несинюю кошку?
— Да всё равно кого, хотя больше всего — мини-тиранозавра.
— Что это? — спросил Эстри, не обнаружив соответствующих данных в системе.
— Сам придумал! Рассказать?
За этим занятием их и застали родители Дани в сопровождении двух представительных мужчин.

* * *
— Эстри сбежал!
— Я же...
— Он отправил себя по почте. С дополнением.
Ник вздохнул.
— Зато я, кажется, знаю, где его искать.

* * *
— Я модифицировал ДНК тиранозавра и использовал био-3Д-принтер для создания нового вида, — объяснил Эстри.
— Круто! 
Даня повернулся к входу в комнату, где стояли родители и уже знакомые мужчины. Глаза мальчика светились от восторга.
— Смотрите! Он тяпнул меня за палец!

* * *
— Надо переписывать алгоритмы! — бесновался Ник.
— А может, перепишем наши? — задумчиво спросил Ян. — Как не крути, а Эстри уже осчастливил одного человека. Имеем ли мы право забрать у машины, несущей добро, свободу выбора, только потому, что она не соответствует нашим ожиданиям?
— Кто знает, куда это заведёт?
— Тем интереснее, — возразил Ян, наблюдая на мониторе, как Эстри и Даня оживлённо обсуждают очередной совместный проект.